Новости Русского Мира
Честные и полезные новости для думающих людей

О причинах неудачи Хафтара под Триполи

29 мая 2020
Просмотров: 1011

О причинах неудачи Хафтара под Триполи


Интервью на тему поражения войск Хафтара в западном Триполитании для "АСД"

– Как складывалась обстановка перед началом наступления сил ПНС и турецких прокси на войска Хафтара?

– К началу весеннего контрнаступления сил ПНС Ливии и Турции на войска Хафтара ЛНА продолжала попытки продвижения в южных кварталах Триполи, но без особого успеха. О взятии Триполи уже не было и речи, несмотря на то, что командование ЛНА 3 или 4 раза объявляло о «последнем и решительном» наступлении на город.

Желания здесь явно не совпали с возможностями. Помощь спонсоров Хафтара также оказалась недостаточной, особенно с учетом того, что в первые месяцы 2020 года ПНС Ливии получило мощную военную поддержку со стороны Турции.

– Но фронт при этом был, что называется, «застывшим»…

– Линия фронта в Ливии был уже достаточно давно стабильна. Это обуславливалось банальным недостатком сил с обеих сторон, учитывая протяженность самой линии фронта, которая на некоторых направлениях достаточно абстрактна.
При этом, стабилизация фронта к югу от Мисураты и Триполи позволила Турции накопить достаточно сил к западу от столицы и перейти к наступательным действиям у границы с Тунисом, чтобы овладеть ключевой авиабазой в западной Триполитании.

– И все же, почему Хафтару не удалось взять Триполи более чем за год наступательных операций?

– У Хафтара было более года на это, в условиях, когда ему поступала помощь из Франции, Египта, Иордании, России, ОАЭ, Саудовской Аравии, Чада, Греции. Тем не менее, он не смог взять Триполи ударом с юга, как и не смог отрезать столицу от границы с Тунисом, от Мисураты, не смог парализовать полностью работу аэродромов в Триполи и Мисурате, а также столичного порта.
Соответственно, на протяжении года ПНС Ливии сохраняла возможности получать помощь извне, в первую очередь, от Турции и Катара, в меньшей степени от Италии. С осени 2019 года эта помощь начала играть все более весомый характер.
Качество войск ЛНА в целом оказалось достаточно посредственным, а вкрапления ЧВК, племенного ополчения, наемников из Чада и т.д. делали весь этот разношерстный конгломерат войск не сильно эффективным, особенно в вопросах управления войсками.
Многие задачи, которые можно было легко решить весной-летом 2019 года игнорировались, так как ставка делалась на блицкриг с взятием Триполи.
Когда война перешла в позиционную фазу, на перестройку стратегии ушло слишком много времени. Причем, буксовать кампания в Триполи начала задолго до активного турецкого вмешательства с дронами и боевиками из Сирии.

– Каков масштаб поражения войск Хафтара к западу от Триполи?

– Он потерял ключевую авиабазу, которая использовалась для поддержки наступления на Триполи. Утрачены достаточно большие территории с несколькими городами, включая всю границу с Тунисом. Кроме того, племена западной Триполитании точно также, как они до этого переметнулись от ПНС Ливии к Хафтару, теперь переметнулись обратно от Хафтара к ПНС.
Кроме того, войска ЛНА понесли серьезные потери в технике – потеряно от 8 до 11 ЗРПК «Панцирь», от 2 до 4 китайских БПЛА, 10-15 единиц бронетехники, тачанки и автомобили, склады боеприпасов и т.д. При этом, как ни странно, потери в людях были относительно не очень велики, так как часть территории ЛНА сдала без боев в рамках «тактического отвода войск» после потери авиабазы Аль-Ватия.

– Насколько эффективно себя показали в Ливии экспортные модификации «Панцирей»? Каков итог их противостояния с турецкими дронами?

– Борьба «Панцирей» с турецкими дронами велась с переменным успехом, где обе стороны несли существенные потери. Турки заявляют, что всего с начала активной кампании уничтожили до 14 ЗРПК «Панцирь», которые были поставлены в Ливию из ОАЭ.
Эти комплексы были проданы нами ОАЭ еще на рубеже нулевых и десятых и были поставлены в Ливию в условия, когда они боролись с дронами, созданными в последние 5 лет. Тем не менее, существенное количество БПЛА «Байрактар» и, как минимум, 1 БПЛА «Анка-С» были ими сбиты. Также были сбиты американский и итальянский БПЛА «Предатор».
То есть, говорить о том, что «Панцири» были «мальчиками для битья» не приходится – свою работу они делали. Это касается, как экспортных моделей для ОАЭ, так и российских, один из которых засветился в Ливии).

– Но в западных СМИ, на той же Украине раздувают тему «неэффективности» ЗРК российского производства…

– Проблема заключалась, как представляется, в том, что, скорее всего, в армии Хафтара просто отсутствовала единая система ПВО, в рамках которой должны были действовать «Панцири». В результате этого турки с помощь средств РЭБ и групп дронов могли вести атаки на отдельные машины.
Плюс ко всему, как показала история с базой Аль-Ватия, комплексы могли уничтожать и ударами ракет с моря (как минимум, один комплекс был уничтожен прямо в ангаре таким образом).

– Наверное, есть вопросы и к расчетам ЗРПК?

– Безусловно, надо разбираться, кто управлял этими комплексами или же почему, как минимум, три комплекса были уничтожены при перевозке на трейлерах. Или, например, почему, один из расчетов «Панцирей» сбил китайский ударный БПЛА, которые ОАЭ поставила Хафтару? Вопросы есть.
С другой стороны, турки также в отдельные дни могли терять до трех БПЛА, но крупного успеха они смогли добиться лишь при массированном применении беспилотников во второй половине мая, при поддержке средств РЭБ и кораблей у побережья Ливии.
С учетом того, что и после потерь «Панцири» продолжили исправно сбивать турецкие БПЛА у Тархуна и Бани-Валида, как техническое средство работы по современным турецким БПЛА они вполне адекватны. Другое дело, для контроля неба нужна более плотная координация средств ПВО и активные действия против сил и средств противника в тех районах, откуда ведется деятельность БПЛА.

– Как можно оценить заявления ПНС и Африканского командования армии США о действиях «ЧВК Вагнер» в районе Триполи?

– Официальная позиция России неизменна – те группы, которые, возможно, действуют в Ливии, не представляют официальную позицию нашей страны. Россия также продолжает считать ПНС Ливии законным правительством Ливии, хотя таковым объявил себя и Хафтар.
К слову, наличие российских ЧВКшников в районе Триполи давно секретом не является, как и в целом ряде других африканских стран. При этом США совсем не волнует, что со стороны Турции в Ливии действует ЧВК «Садат». Поэтому нет особого смысла обращать на эти обвинения: Россия не делает в Ливии чего-либо, чего бы там не делали другие крупные игроки. Ну, и главное, не америкнацам учить кого-либо тому, что делать в Ливии, ведь именно США превратили некогда цветущую страну в то, что она сейчас из себя представляет.

– Какую роль в конфликте могут сыграть появившиеся на вооружении ВВС ЛНА самолеты МиГ-29?

– Эти самолеты могут усилить ударные возможности ВВС ЛНА и создать угрозу турецкой военной инфраструктуре в Триполи и Мисурате, а также турецким боевым кораблям у берегов Ливии. Переломить ход боевых действий они сами по себе вряд ли смогут, но дополнить другие усилия на земле и в воздухе вполне способны. На фоне парка авиации, которая использовались в Ливии, это достаточно современные машины.
Касательно очередных обвинений со стороны США в адрес России из-за поставки МиГ-29, стоит напомнить, что осенью прошлого года «Панцири» сбили в том числе и американский ударный БПЛА в небе Ливии. Так что, американцам ли кого-то учить, где и что размещать и где летать?
Во-вторых, до сих пор нет полной ясности, кому принадлежат самолеты, переданные Хафтару. Но даже если это российские МиГи, не вижу тут какой-то большой проблемы. Если стоит задача уравновесить турецкие усилия в Ливии, то подобная помощь ЛНА имеет смысл. Стоит также отметить, что Турция также перебросила, как минимум, два F-16 в Ливии на аэродром в Мисурату. Турок США почему-то не обвиняют.

– Возможна ли дальнейшая эскалация конфликта или стороны перейдут к дипломатическим переговорам?

– Если ход боевых действий в ближайшее время не принесет существенных подвижек в пользу той или иной стороны, внешние спонсоры участников конфликта, скорее всего, пойдут на очередной раунд переговоров, который, впрочем, не гарантирует результатов. Дискуссии могут провалиться также, как закончились переговоры в Риме, Москве и Берлине. Эскалация выглядит более вероятной.

– Каким образом связаны конфликты в Сирии и Ливии в рамках противостояния России и Турции?

– В переговорах России и Турции эти вопросы сейчас обсуждаются в комплексе, так как на обеих ТВД интересы РФ и Турции пересекаются. Но, как видим, и в Сирии, и в Ливии, если доходит до жесткого клинча, стороны готовы заключать сделки.
Потерпев неудачу в Идлибе и вынужденный идти на уступке Москве, Эрдоган весной пытается отыграться в Ливии, накачивая ресурсами ПНС, что, конечно, затрудняет для РФ реализацию тех целей, которые были связаны с поддержкой Хафтара.
Но, разумеется, РФ не будет идти на открытый конфликт с Турцией ради Хафтара. Как максимум, ему помогут оружием и специалистами в рамках гибридной войны, чтобы не допустить чрезмерного усиления влияния Турции.
Если же будет возможность договориться с Эрдоганом на долгосрочной основе, это будет приоритетный вариант. А если отношения будут ухудшаться, Турция может начать палки в колеса России и в других вопросах, в том числе и на территории бывшего СССР. Важно не забывать, что Турция – не союзник, а попутчик. А с попутчиками дороги истории достаточно часто расходятся.

Новости Русского Мира © 2014